… Октябрьский дождь стучит в квадрат оконный,  
глухие залпы слышатся вдали.  
На улицах, сырых и очень темных,  
одни сторожевые патрули.  

❂❂❂❂

Мерцает желтый слепенький фонарик,  
и сердце вдруг сжимается тоской,  
когда услышишь:  
— Пропуск ваш, товарищ…—  
Как будто б ты нездешний и чужой.  
— Вот пропуск мой. Пожалуйста, проверьте.  
Я здешняя, и этот город — мой.  
У нас одно дыханье, дума, сердце…  
Я здешняя, товарищ постовой.  

❂❂❂❂

… Но я живу в квартире, где зимою  
чужая чья-то вымерла семья.  
Все, что кругом,— накоплено не мною.  
Все — не мое, как будто б я — не я.  

❂❂❂❂

И точно на других широтах мира,  
за целых два квартала от меня,  
моя другая — прежняя квартира,  
без запаха жилого, без огня.  

❂❂❂❂

Я редко прихожу туда, случайно.  
Войду — и цепенею, не дыша:  
еще не бывшей на земле печалью  
без слез, без слов терзается душа…  
Да, у печали этой нет названья.  
Не выплачешь, не выскажешь ее,  
и лишь фанерных ставенек стенанье  
негромкое — похоже на нее.  
А на стекле—полоски из бумаги,  
дождями покороблены, желты:  
неведенья беспомощные знаки,  
зимы варфоломеевской кресты.  
Недаром их весною отдирали  
те, кто в жилье случайно уцелел,  
и только в нежилых домах остались  
бумажные полоски на стекле.  

❂❂❂❂

Моя квартира прежняя пуста,  
ее окошки в траурных крестах.  

❂❂❂❂

Да я ли здесь жила с тобой? Да я ли  
кормила здесь когда-то дочерей?  
Меня ль, меня ль глаза твои встречали  
у теплых, у клеенчатых дверей?  
Ты вскакивал, ты выбегал к порогу,  
чуть делались шаги мои слышны.  
Ты восклицал:— Пришла? Ну, слава богу!—  
А было тихо — не было войны.  
И странно: в дни обстрелов и бомбежек,  
когда свистела смерть на всех углах,  
ты ждал меня, ни капли не тревожась,  
как будто б я погибнуть не могла;  
как будто б я была заговоренной  
несокрушимой верностью твоей.  
И тот же взгляд — восторженный,  
влюбленный —  
встречал меня у дорогих дверей.  

❂❂❂❂

Я все отдам — любовь, и вдохновенье,  
и славу, щедро данную войной,—  
за ту одну минуту возвращенья  
к тебе, под кров домашний, старый, м о й…  
Как будто я ослепла и оглохла:  
не услыхать тебя, не увидать.  
Я слышу только дождь: он бьется в стекла,  
и только дождь такой же, как тогда…  

❂❂❂❂

Октябрь 1942  

❂❂❂❂