О опрометчивость моя! 
Как видеть сны мои решаюсь? 
Так дорого платить за шалость — 
заснуть? 
Но засыпаю я. 
 
И снится мне, что свеж и скуп 
сентябрьский воздух. Все знакомо: 
осенняя пригожесть дома, 
вкус яблок, не сходящий с губ. 
 
Но незнакомый садовод 
разделывает сад знакомый 
и говорит, что он законный 
владелец. 
И войти зовет. 
 
Войти? Как можно? Столько раз 
я знала здесь печаль и гордость, 
и нежную шагов нетвердость, 
и нежную незрячесть глаз. 
 
Уж минуло так много дней, 
а нежность — облаком вчерашним, 
а нежность — обмороком влажным 
меня омыла у дверей. 
 
Но садоводова жена 
меня приветствует жеманно. 
Я говорю: 
— Как здесь туманно… 
И я здесь некогда жила. 
 
Я здесь жила — лет сто назад. 
— Лет сто? Вы шутите? 
— Да нет же! 
Шутить теперь? Когда так нежно 
столетьем прошлым пахнет сад? 
 
Сто лет прошло, а всё свежи 
в ладонях нежности 
к родимой 
коре деревьев. 
Запах дымный 
в саду всё тот же. 
— Не скажи!— 
промолвил садовод в ответ. 
Затем спросил: 
— Под паутиной, 
со старомодной чёлкой длинной, 
не ваш ли в чердаке портрет? 
 
Ваш сильно изменился взгляд 
с тех давних пор, когда в кручине, 
не помню, по какой причине, 
вы умерли — лет сто назад. 
— Возможно, но — жить так давно, 
лишь тенью в чердаке остаться, 
и всё затем, чтоб не расстаться 
с той нежностью? 
Вот что смешно.

❂❂❂❂