Морозит. Снег хрустит. Туманы над полями.  
Из хижин ранний дым разносится клубами  
В янтарном зареве пылающих небес.  
В раздумии глядит на обнаженный лес,  
На домы, крытые ковром младого снега,  
На зеркало реки, застынувшей у брега,  
Светила дневного кровавое ядро.  
Отливом пурпурным блестит снегов сребро;  
Иглистым инеем, как будто пухом белым,  
Унизана кора по ветвям помертвелым.  
Люблю я сквозь стекла блистательный узор  
Картиной новою увеселять свой взор;  
Люблю в тиши смотреть, как раннею порою  
Деревня весело встречается с зимою:  
Там по льду гладкому и скользкому реки  
Свистят и искрятся визгливые коньки;  
На лыжах зверолов спешит к лесам дремучим;  
Там в хижине рыбак пред пламенем трескучим  
Сухого хвороста худую сеть чинит,  
И сладостно ему воспомнить прежний быт,  
Взирая на стекло окованной пучины,-  
Про зори утренни и клики лебедины,  
Про бури ярые и волн мятежный взрыв,  
И свой хранительный под ивами залив,  
И про счастливый лов в часы безмолвной ночи,  
Когда лишь месяца задумчивые очи  
Проглянут, озлатят пучины спящей гладь  
И светят рыбаку свой невод подымать.  

❂❂❂❂

1839, Санкт-Петербург  

❂❂❂❂