Я — молода: внимают мне поэты; 
Я — как звезда, над блеском вечерниц; 
Стан — как лоза; глаза — как кастаньеты, 
Бросаются из шелковых ресниц. 
И тут, и там, — мне юноши Гренады 
Бряцают саблями, — по вечерам, — 
Под окнами играя серенады, 
А по утрам — сопровождая в храм. 
Мне посвящал рондэли — Пирсо Памбра, 
Мне обещал дуэли — дон Баран; 
Но мне милее — минарет Альгамбры, 
Вдруг задрожавший в воздух ятаган. 
Где мраморами белого бассейна 
Украшен сад и где всклокочен лавр, — 
Там — на заре проходит в дом Гуссейна 
Хавей-Хумзи, мой ненаглядный мавр! 
Его тюрбан, как митра снеговая, 
Волной кисеи полощется с плечей, 
Свой пенный шелк в лазурь перевивая; 
А блеск очей, как… плеск кривых мечей. 
Как дым, разлет молочного бурнуса; 
Как роза, розовая гондура — 
Играет чешуей сереброусой; 
Бряцает в ночь браслет из серебра. 
За ухом цветик зыблется лениво… 
Но… в полумрак… — взорвется барабан!.. 
И — выбрызнет, вдруг завизжав плаксиво, 
Кривой, как месяц, ясный ятаган. 
И станет красной белая веранда: 
Качаясь в ночь, оскалясь из руки, — 
Там голова распластанного гранда 
Поднимется над берегом реки.

❂❂❂❂

Кучино

❂❂❂❂