Магомет

❂❂❂❂

 

… Я вслушивался жадно 
 
И в разговор монахов христианских, 
 
И в шумный спор запальчивых жидов, 
 
И в чудные рассказы бедуинов. 
 
Я двадцать лет молчал и только слушал. 
 
Ячмень в одну весну и расцветет, 
 
И отцветет на плодоносной ниве; 
 
Но много лет потребно для того, 
 
Чтоб выросла в степи, на чахлой почве, 
 
Широколиственная пальма… 
 
Так замысла великого зерно 
 
Медлительно росло и вкоренялось 
 
У сердца моего, на жаркой почве! 
 
Из Антиохии однажды, помню, я 
 
Вёл караван, и на песчаном море 
 
Меня застал крылатый ураган. 
 
Он быстро, заслоняя солнце, двигал 
 
Свои столпы. Сыпучего песку 
 
Сухие волны на меня катились, 
 
И мой верблюд, зажмурившись невольно, 
 
Стал утопать. Сопутников моих 
 
Неясные вблизи мелькали тени. 
 
Я им кричал; но буря заглушала, 
 
Подобно тысяче низверженных потоков, 
 
Мои слова: и сам я не слыхал 
 
Моих призывных криков. На колени, 
 
От ужаса загородив руками 
 
Моё лицо, упал я и молился, 
 
И говорил: «Аллах, Аллах, помилуй! 
 
Клянусь твоим блистательным престолом, 
 
Я разнесу твоё святое имя 
 
По всей Аравии… Аллах, помилуй!» 
 
Но в этот миг песчаная гора 
 
Обрушилась и на моих плечах 
 
Рассыпалась, и я оцепенел. 
 
Когда же я очнулся, надо мною 
 
Уже вечернее сияло солнце. 
 
Вокруг меня попрежнему мелькали 
 
Товарищей сияющие лица, 
 
И двигался по степи караван, 
 
И я лежал, качаясь, на верблюде; 
 
И горы белые верхушки поднимали 
 
Из-под земли, и весело мне было, 
 
Что я воскрес. Когда же ночь пришла, 
 
Остановились мы на отдых у подошвы 
 
Одной горы, и я пошёл искать 
 
Ключа, чтоб напоить моих верблюдов. 
 
Луна, как брачная лампада, над пустыней 
 
Сияла ярким светом. Мой кувшин 
 
У ног моих поставил я на камень 
 
И, прислонясь к махровой пальме, долго 
 
Стоял и слушал. Мне казалось, где-то 
 
Журчал источник. Долго я глядел, 
 
Не замелькает ли серебряная точка 
 
На месяце играющей воды. 
 
И, к удивленью моему, в пещере, 
 
У каменной подошвы двух утесов, 
 
Я увидал, горит огонь. Проворно 
 
Я взял кувшин, и смело побежал 
 
В пещеру. И казалось мне, что духи 
 
Передо мной летели и кружились, 
 
И на огонь протягивали руки… 
 
И там-то в первый раз я увидал 
 
? Пустынника Габиба… 
 
Он в белой мантии стоял, читая 
 
Развернутый пергаментовый список; 
 
Чугунная лампада озаряла 
 
И свиток, и рубцы его чела… 
 
И молча, с ног до головы объятый 
 
Невольным ужасом благоговенья, 
 
Я созерцал таинственного старца. 
 
«Ты, Магомет, из племени Гашем! 
 
Я жду давно тебя!» сказал мне старец… 
 
И, между прочим, говорил мне: «Слушай! 
 
Я научу тебя премудрости великой; 
 
Великие тебе открою тайны 
 
Аллаха, чрез его пророков 
 
Открытые народам. По лицу 
 
И по походке ног твоих проворных, 
 
Которых каждый шаг в моей пещере 
 
Был повторен гранитным сводом, 
 
Я узнаю того, кто мне обещан!» 
 
Дрожа, я сел и стал вести беседу 
 
С одним из тех премудрых на земле, 
 
Кто слышит тайную гармонию природы 
 
И голоса привратников небесных; 
 
Кто отдаленное очами осязает 
 
И по звездам читает повесть мира. 
 
Две ночи я внимал речам Габиба, 
 
И думали товарищи мои, 
 
Что унесен я львицей иль растерзан 
 
Голодным тигром, и рыдали горько… 
 
Когда ж увидели, что я иду 
 
И на плече несу кувшин с водою, 
 
От радости не знали что подумать, 
 
И, как родного брата, обнимали… 
 
И для меня с тех пор преобразился, 
 
Роскошней стал широкий Божий мир, 
 
На золотой цепи повешенное солнце, 
 
И прикрепленные к хрустальным сводам 
 
? Горящие планеты… 
 
И начал я завидовать пророкам, 
 
И стал просить пророческого дара. 
 
Тому прошло уже шесть лет; 
 
И близок день, назначенный свиданью! 
 
Премудрый ждёт меня в пустынях Геры, 
 
Там, где стоят утёсы на утесах 
 
И упираются в пылающее небо; 
 
Где бьёт вода из камня день и ночь 
 
И никогда не сякнет — та вода, 
 
Которую приносит ангел, в виде 
 
Громовых туч, и поливает горы. 
 
Туда иду. Прощай, родная Мекка! 
 
Я ворочусь не тем, чем вышел, 
 
Иль никогда к тебе не ворочусь…

❂❂❂❂