Под тонкою луной, в стране далекой, древней, 
так говорил поэт смеющейся царевне: 
 
Напев сквозных цикад умрет в листве олив, 
погаснут светляки на гиацинтах смятых, 
но сладостный разрез твоих продолговатых 
атласно-темных глаз, их ласка, и отлив 
чуть сизый на белке, и блеск на нижней веке, 
и складки нежные над верхнею,- навеки 
останутся в моих сияющих стихах, 
и людям будет мил твой длинный взор счастливый, 
пока есть на земле цикады и оливы 
и влажный гиацинт в алмазных светляках. 
 
Так говорил поэт смеющейся царевне 
под тонкою луной, в стране далекой, древней…