1  

❂❂❂❂

Гремели уже на булыжнике  
Немецкие танки вдали.  
Уже фарисеи и книжники  
Почетные грамоты жгли.  
В то утро скончался Иосиф,  
Счастливец, ушел в тишину,  
На муки жестокие бросив  
Рожавшую в муках жену.  

❂❂❂❂

2  

❂❂❂❂

Еще их соседи не предали,  
От счастья балдея с утра,  
Еще даже имени не дали  
Ребенку того столяра,  
Душа еще реяла где-то  
Умершего сына земли,  
Когда за слободкою в гетто  
И мать, и дитя увели.  

❂❂❂❂

3  

❂❂❂❂

Глазами недвижными нелюди  
Смотрели на тысячи лиц.  
Недвижны глаза и у челяди —  
Единое племя убийц.  
Свежа еще мужа могила,  
И гибель стоит за углом,  
А мать мальчугана кормила  
Сладчайшим своим молоком.  

❂❂❂❂

4  

❂❂❂❂

Земное осело, отсеялось,  
Но были земные дела.  
Уже ни на что не надеялась,  
Но все же чего-то ждала.  
Ждала, чтобы вырос он, милый,  
Пошел бы, сначала ползком,  
И мать мальчугана кормила  
Сладчайшим своим молоком.  

❂❂❂❂

5  

❂❂❂❂

И яму их вырыть заставили,  
И лечь в этом глиняном рву,  
И нелюди дула направили  
В дитя, в молодую вдову.  
Мертвящая, черная сила  
Уже ликовала кругом,  
А мать мальчугана кормила  
Сладчайшим своим молоком.  

❂❂❂❂

6  

❂❂❂❂

Не стала иконой прославленной,  
Свалившись на глиняный прах,  
И мальчик упал окровавленный  
С ее молоком на губах.  
Еще не нуждаясь в спасенье,  
Солдаты в казарму пошли,  
Но так началось воскресенье  
Людей, и любви, и земли.  

❂❂❂❂

1956  

❂❂❂❂