Еще скончался честный человек,  
А отчего? Бог ведает единый!  
В наш роковой и благодушный век  
Для смерти более одной причиной.  
Не от одних завалов и простуд  
И на Руси теперь уж люди мрут…  
Понятна нам трагическая повесть  
Свершившего злодейство,- если он  
Умрет, недугом тайным поражен,  
Мы говорим: его убила совесть.  
Но нас не поражает человек,  
На дело благородное рожденный  
И грустно проводящий темный век  
В бездействии, в работе принужденной  
Или в разгуле жалком; кто желал  
Служить Добру, для ближнего трудиться  
И в жажде дела сам себя ломал,  
Готовый на немногом помириться,  
Но присмирел и руки опустил  
В сознании своих напрасных сил —  
Успев, как говорят, перебеситься!  
Не понимаем мы глубоких мук,  
Которыми болит душа иная,  
Внимая в жизни вечно ложный звук  
И в праздности невольной изнывая.  
Нам юноша, стремящийся к добру,  
Смешон — восторженностью странной,  
А зрелый муж, поверженный в хандру,  
Смешон — тоскою постоянной.  
Покорствуя решению судьбы,  
Не ищет он обидных сожалений,  
И мы не видим внутренней борьбы,  
Ни слез его, ни тайных угрызений,  
И ежели сразит его судьба,  
Нам смерть его покажется случайной,  
И никому не интересной тайной  
Останется сокрытая борьба,  
Убившая страдальца…  

❂❂❂❂

Между 21 мая и 7 июня 1855  

❂❂❂❂