Вода в колеях среди тощей травы,  
За тучею туча плывёт дождевая.  
В зелёном предместье предместья Москвы  
С утра моросит. И с утра задувает.  
А рядом дорога. И грохот колёс.  
Большие заводы. Гудки электрички.  

❂❂❂❂

Я здесь задержался.  
Живу.  
Но не врос.  
Ни дача, ни город,  
Тоска без привычки.  
Быть может, во мне не хватает огня,  
Я, может, уже недостаточно молод…  
Но осень не манит в дорогу меня —  
В ней нынче одни только сырость и холод.  

❂❂❂❂

И ноги ступают по тусклой траве.  
Все краски пропали. Погода такая.  
Но изредка солнце скользнёт по листве —  
И желтым и красным листва засверкает.  
Как знамя, она запылает в огне  
Подспудного боя.  
И станет мне ясно,  
Что жизнь продолжается где-то вовне,  
Всё так же огромна, остра и опасна.  
Да! Осени я забываю язык.  
Но всё ж временами  
сквозь груз настроенья,  
Сливаюсь,  
как прежде сливаться привык,  
С её напряжённым и грустным гореньем.  
И, может быть, будет еще один год.  
Год жизни —  
борьбы с умираньем и скверной.  
Пусть будет тоска. Но усталость пройдёт.  
Пусть всё будет больно, но всё — достоверно.  
Порывы свирепы. Не бойся. Держись.  
Здесь всё на учете: и силы, и годы.  
Ведь осень всегда беспощадна, как жизнь —  
Контрольный налёт первозданной природы.  
И в кронах горят желтизна и багрец.  
Как отсвет трагедий,  
доступных не очень…  
Для дерева — веха.  
Для листьев — конец.  
А чем для меня ты окажешься, осень?  

❂❂❂❂

1957  

❂❂❂❂