Итак, предпринят путь к Парнасу;  
Чего же медлить? Ну, смелей,  
Начнемте бить челом Пегасу,  
Чтоб он домчал нас поскорей!  

❂❂❂❂

Боярский! сядь со мной в карету!  
Фролов! на козлы поскорей!  
И докажи, пожалуй, свету,  
Что ты мастак кричать: «Правей!»  

❂❂❂❂

Смотри ж! Не вдруг! Поудержися:  
Четверка бойких разнесет!  
А пуще в гору берегися:  
Там скалы есть, там терн растет!  
Там многих авторов творенья,  
В пыли валяяся — гниют!  
Там Лета есть, река забвенья,  
В ней также много уж живут!  

❂❂❂❂

Я видел, в ней как Львов купался  
И обмывал своих детей;  
Я зрел, Шихматов в ней остался,  
А с ним и тысяча дестей!  
Я сам свидетель был в то время,  
Как, несколько прочтя листов,  
За нанесенное тем бремя,  
Был столкнут с берега Хвостов!  
Я был при том, когда Гераков,  
Пузатый, лысый, небольшой,  
Потомок вздорливый Ираклов,  
Был Леты поглощен волной!  
Я зрел, как наш пиит слезливый  
Красу лужков, лазурь небес,  
И сельску жизнь, и злачны нивы  
Пел, пел, — и наконец — исчез!  

❂❂❂❂

Такая ж участь, может статься,  
И нам, о други, суждена!  
Так лучше вдаль нам не пускаться,  
Чтоб не измерить Леты дна!  
Иль едем хоть, да непроворно,  
Где можно рысью, где шажком,  
И уж тогда, друзья, бесспорно  
Мы будем, где творцов содом!  
«Ну, что же трусить?!» — вдруг воскликнул  
Фролов, тут перервав мой глас,  
На удалых лошадок крикнул,  
И правил прямо на Парнас!..  
И вот мелькнули перед нами  
Рифей и Волга! Всё прости!..  
И, мчаты бодрыми конями,  
На половине уж пути!  
Там зрели мы, как девы красны  
Сбирали сочный виноград;  
Там расцвели древа прекрасны,  
А здесь пушистый снег и хлад!  
Но вот! поднялися и в горы!..  
Парнас! Парнас! Какая близь!..  
Как вдруг толчок! — и где рессоры? —  
Тю, тю! — и мы катимся внизь!  

❂❂❂❂

С сим вместе я как раз проснулся,  
От страху мраз бродил по мне!  
Я окрестился, оглянулся —  
И рад, что было то во сне!  

❂❂❂❂

15 октября 1814  
Дрезден  

❂❂❂❂