Проводы, проводы в доме, где книжные полки  
Нам для застолья оставили тесный квадрат.  
Русские люди, а значит — и водка, и толки…  
Люди прощаются, русские книги молчат.  
Люди прощаются — родственники и собратья.  
Время, придвинься и с нами стакан осуши!  
Это прощанье — как будто из жизни изъятье,  
Это — под вирши и водку скоблежка души!  
Что-то и я бормочу, и поет Окуджава,  
И соловьиная Белла звенит о зиме,—  
Трель замерзает… Какое имею я право  
Думать о том, что не встретимся мы на земле?  
С лесоповальных времен разве нам не известно:  
Корни удержит душа, как её ни скобли!  
До самолета семь дней, но воздушная бездна —  
Это еще, слава Богу, не бездна земли.  
Мы еще встретимся, встретимся… От повторенья  
Трель примерзает цветком ядовитым к стеклу.  
Водка сладка, как рябина и ложь во спасенье.  
Книги молчат и вплотную подходят к столу.  

❂❂❂❂

1980  

❂❂❂❂