Остановися, росс! Се путь твоих побед;  
Се путь к могуществу, к державе похищенной;  
Се подвиг, счастию потомства посвященный.  
Бог мщения — твой вождь; тела врагов — твой след;  
Добыча милая — родительские кости [2],  
Не защищенные и матерью-землей  
От хищных, лютых чад неверия и злости.  
Ты шел, и прадеды-страдальцы пред тобой  
Неслися в облаках, как молньи пред громами;  
Вниз падали мечи [3], и глас гремел в боях:  
«Отмсти, отмсти за нас на наших же гробах!»  
Кто может стать на брань с неистовыми львами,  
Которых бедствия, гоненья, плен и глад,  
Два века страшные [4] учили побеждать?  
Пошли, ударили — и цепи сокрушились;  
Россия процвела и славой, и красой!  
И, скиптром очертив полсвета пред собой.  
Вступила на среду, и царства преклонились.  
Где ж те, которых кровь дала нам жизнь и свет,  
Где ж те, которых кровь нам славу искупила?  
Мать нежная своих героев не забыла:  
Се высится гора на месте их побед.  
Се богу-мстителю возник алтарь любови  
Из праха славных жертв, упадших за него [5],  
Отверзлись небеса над полем скорби, крови,  
И счастье мирное украсило его.  
Забыло эхо гул военной непогоды  
И учит по лесам лишь песни пастухов;  
Весна румяная там водит хороводы,  
Где прежде грозный Марс водил своих сынов.  
Бог мира семя благ на ниве бедствий сеет,  
И над могилами, где кровь лилась рекой,  
Как море зыбляся, златая жатва зреет.  
Там резвятся стада, рассеясь под горой;  
Там робкая любовь с беспечностью играет  
Под дубом вековым, которого в тени,  
Быть может, некогда, во времена войны,  
Израненный герой, с сим светом расставаясь,  
На ветви гибкие повесив бранный меч,  
Друзьям еще твердил отечество и честь.  
В сумра.ке вечера оратаи, сбираясь  
На холм, скрывающий великих предков прах,  
Заводят разговор о страшных временах,  
И трепет по сердцам бежит струею хладной,  
Когда ведется речь про бурю сечи ратной.  
Им кажется вдали: полки богатырей,  
Склонясь на облака, луною посребренны,  
Несутся — не в грозе, не в треске стрел, мечей,  
Но так, как гении-хранители вселенны!  
Там воет темный бор, их чувствуя приход;  
Река игривая свой бег остановляет;  
Звенят оружия, сокрыты в недрах вод; [6]  
И, кажется, гора чело приподнимает,  
Чтоб плески радости и славы повторять.  
Сюда приди, о росс, свой сан и долг узнать.  
Здесь горняя любовь, в устах своих героев,  
Речет к тебе: «Постой, мы пали среди боев,  
Мы пали за тебя, за твой покой и честь:  
Помысли, что нам в дар возможешь ты принести».  

❂❂❂❂

[1] По Коломенской дороге, в 30-ти верстах от столицы, при самой переправе через реку Москву, на горе находится преогромная насыпь, в знак бывшего там сражения с татарами, опустошавшими столько времени Россию. Здесь погребены убитые россияне. Я восходил на вершину кургана. Прекрасное местоположение, вдали древняя столица, которую (по крайней мере, так уверяют) можно видеть отсюда в ясную погоду, самый курган, как величественный памятник упадшим за свободу отечества, — вот что заставило написать сию пиесу. (_Примеч. автора_.)  

❂❂❂❂

[2] Это было зверское обыкновение татар. Они разрывали гробы знаменитыхроссиян по жадности к богатству; они из черепов убитых героев делали чаши иупотребляли их при пиршествах. Россияне дорогою ценою выкупали сиидрагоценные остатки своих соотечественников. (_Примеч. автора_.)  

❂❂❂❂

[3] Такие чудеса часто встречаются в летописях. (_Примеч. автора_.)  

❂❂❂❂

[4] Почти двести лет Россия находилась под игом татарским. (_Примеч. автора_.)  

❂❂❂❂

[5] На вершине кургана была построена церковь, в которой совершались поминовения по усопшим. И теперь еще видно несколько камней, означающих место алтаря. На одном из них вырезано имя святого, которому посвящен был храм. (_Примеч. автора_.)  

❂❂❂❂

[6] В реке Москве нередко находят и поныне древние оружия, как-то:  
бердыши, кольчуги, колья и пр. (_Примеч. автора_.)  

❂❂❂❂