Жила, была вдова: а у вдовы былъ сынъ, 
И только быдъ одинъ: 
Рабенокъ лѣтъ десятка. 
Любла сына матка, 
На свѣтѣболѣе всево, 
И нѣжила ево. 
У малова была извадка: 
Иль, можетъ быть, и страсть: 
Охотникъ былъ онъ красть. 
Накралъ у тетушекъ чепцовъ и шапокъ: 
А на конецъ укралъ у матери подкапокъ: 
О всемъ извѣстна мать; 
Однако мать 
Не хочетъ мальчика замать: 
А я бъ велѣлъ ему всѣребры изломать. 
Ужъ мальчикъ мой дѣтина; 
Не шапки на умѣу мальчика, скотина; 
Барана стибрилъ онъ, по томъ быка: она 
Не трогаетъ ево; стяни хотя слона; 
Но сколь та гадина велика, 
Толика, 
У кражи едакой огромна и прилика: 
Да тамъ же крѣпкой караулъ: 
А то бъ дѣтина мой слона конечно здулъ. 
И то прискучилось дѣтинѣ; 
Не мыслитъ больше о скотинѣ; 
Сосѣдни клѣти сталъ ломать: 
О всемъ извѣстна мать; 
Однако мать 
Не хочетъ сына позамать. 
Прискучилось ему по кражамъ увиваться; 
Въ разбойники пошелъ дѣтина добиваться: 
Трудилея долго тамъ дѣтина мой: 
И лѣзитъ на покой. 
Рыдаетъ мать и сына обнимаетъ; 
И жалостно ево ко сердцу прижимаетъ. 
Прощаяся съ ней сынъ, отгрызъ у дуры носъ. 
При вѣчной говоря разлукѣ, 
Любезной матери, негодной етой сукѣ; 
Причина ты, что я повѣсою возросъ.

❂❂❂❂