Под вечер, осенью ненастной,  
В далеких дева шла местах  
И тайный плод любви несчастной  
Держала в трепетных руках.  
Всё было тихо – лес и горы,  
Всё спало в сумраке ночном;  
Она внимательные взоры  
Водила с ужасом кругом.  

❂❂❂❂

И на невинное творенье,  
Вздохнув, остановила их…  
«Ты спишь, дитя, мое мученье,  
Не знаешь горестей моих —  
Откроешь очи и тоскуя  
Ко груди не прильнешь моей,  
Не встретишь завтра поцелуя  
Несчастной матери твоей.  

❂❂❂❂

Ее манить напрасно будешь!..  
Стыд вечный мне вина моя —  
Меня навеки ты забудешь;  
Тебя не позабуду я;  
Дадут покров тебе чужие  
И скажут: «Ты для нас чужой!» —  
Ты спросишь: «Где ж мои родные?»  
И не найдешь семьи родной.  

❂❂❂❂

Мой ангел будет грустной думой  
Томиться меж других детей! —  
И до конца с душой угрюмой  
Взирать на ласки матерей;  
Повсюду странник одинокой,  
Предел неправедный кляня,  
Услышит он упрек жестокой…  
Прости, прости тогда меня…  

❂❂❂❂

Быть может, сирота унылый.  
Узнаешь, обоймешь отца.  
Увы! где он, предатель милый,  
Мой незабвенный до конца? —  
Утешь тогда страдальца муки,  
Скажи „ее на свете нет —  
Лаура не снесла разлуки  
И бросила пустынный свет“. —  

❂❂❂❂

Но что сказала я?… быть может,  
Виновную ты встретишь мать —  
Твой скорбный взор меня встревожит!  
Возможно ль сына не узнать?  
Ах, если б рок неумолимый  
Моею тронулся мольбой…  
Но, может быть, пройдешь ты мимо —  
Навек рассталась я с тобой.  

❂❂❂❂

Ты спишь – позволь себя, несчастный,  
К груди прижать в последний раз.  
Закон неправедный, ужасный  
К страданью присуждает нас.  
Пока лета не отогнали  
Беспечной радости твоей —  
Спи, милый! горькие печали  
Не тронут детства тихих дней!»  

❂❂❂❂

Но вдруг за рощей осветила  
Вблизи ей хижину луна…  
С волненьем сына ухватила  
И к ней приближилась она;  
Склонилась, тихо положила  
Младенца на порог чужой,  
Со страхом очи отвратила  
И скрылась в темноте ночной.  

❂❂❂❂