Уже толпа последняя изгнанников  
Выходит из родного Новагорода,  
Выходит на Московский путь.  
В толпе идет неведомая женщина,  
Горюет, очи ясные заплаканы,  
А слово каждое — любовь.  

❂❂❂❂

С небесных уст святое утешение,  
Как сок целебный, сходит в душу путников,  
В них оживает свет очей.  
Вокруг жены толпа теснится, слушает;  
Услышит слово — сердце расширяется  
И усыпляется печаль.  

❂❂❂❂

Уже темнеет небо, путь туманится.  
Идут… Но в воздух чудная целебница  
С пути подъемлется, как пар.  
Чело звездами светлыми увенчано,  
Чем выше, всё летучий стан воздушнее  
И светозарнее чело.  

❂❂❂❂

В тумане с нею над главами странников  
Не ангелы, но, как она, небесные,  
Мерцая, медленно плывут.  
Плывет она, и с неба слово тихое  
Спадает, замирает в слухе путников,  
Не прикасаясь до земли.  

❂❂❂❂

«забыта Русью божия посланница.  
Мой дом был предан дыму и мечу,  
И я, как вы — земли родной изгнанница  
Уже в свой город не слечу.  

❂❂❂❂

Вас цепи ждут, бичи, темницы тесные;  
В страданиях пройдет за годом год.  
Но пусть мои три дочери небесные  
Утешат бедный мой народ.  

❂❂❂❂

Нет, веруйте в земное воскресение:  
В потомках ваше племя оживет,  
И чад моих святое поколение  
Покроет Русь и процветет».  

❂❂❂❂

1829 или 1830 (?)  

❂❂❂❂